12.07.2010 года

Активистки российского фонда "Солидарность" - классического примера конструктивной сетевой организации

Каждый мусульманин состоит как минимум в одной, а то и в нескольких социальных сетях. Только называются они джамаатами. По сути дела, все мусульманское сообщество представляет из себя множество джамаатов, и степень его консолидации зависит от того, насколько далеко или близко находятся эти джамааты друг от друга, и как они строят отношения между собой.

В последнее время слово «джамаат» стало ассоциироваться исключительно с «лесом» и окололесными кругами. Этот стереотип настолько же логичен и обоснован, как связывание слова «товарищ» только с красным террором, а Тюрингии – с Бухенвальдом. Разумеется, Бухенвальд действительно находится в Тюрингии, а «комиссары в пыльных шлемах» именовали себя товарищами, но «товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья» афро-русский поэт написал задолго до рождения Ленина, а горы Тюрингии Гете воспел еще в конце 18 века. Так же и джамааты существовали больше чем за тысячу лет до возникновения протестного движения под религиозным знаменем, известного под названиями «лес», «джихадизм» и т.д.

В России существует немало протестных движений и настроений в обществе, и порождены они существующими в нем социальными проблемами. Одни из них ограничиваются насмешками над всем и вся, чтобы познакомиться с их взглядами, достаточно зайти на любой сайт из разряда «анекдоты присылают читатели» или просто на комментарии (без жесткой модерации) к новостям. Другие прибегают к более радикальным мерам. На путь вооруженной конфронтации пока что встали только «приморские партизаны» (определение прессы и населения края) и их кавказские коллеги. Основное различие, почему одних гораздо больше, чем других, заключается как в различных реакциях представителей разных этносов на внешние вызовы, так и в повышенной пассионарности современного российского мусульманского сообщества. Последний факт неоднократно отмечался самыми разными исследователями – от православного священника А. Кураева до мусульманских исследователей Р.Мухаметова и Д.Хайретдинова.

Говоря о конструктивных или деструктивных сетях, более правильно будет вести речь о позиции этих сетей по отношению к вмещающему сообществу. В целом она сводится к следующим вариантам – индифферентная, изоляционистская, деструктивная и конструктивная.

Индифферентный по отношению к вмещающему сообществу (мотивация - вы нас не трогаете, и мы будем к вам нейтральны, разбирайтесь со своими проблемами сами, вы нам не нужны) тип социальных сетей наиболее распространен, и это обусловлено практически последними веками (многовековой историей) российско-исламских взаимоотношений, и в первую очередь периодом советской власти и связанными с ним гонениями на религию. К этому типу относятся практически все этно-ориентированные, земляческие сети, включая сюда же мигрантские общины. Так же строит свои отношения с вмещающим сообществом часть субконфессиональных сетей, в т.ч. суфийской направленности. Во всех сетях этого типа отношения с вмещающим сообществом сводятся до минимального, обусловленного необходимостью выживания уровня. В остальном сосуществование напоминает «параллельную реальность», описанную в фантастических произведениях. До недавнего прошлого именно это направление можно было охарактеризовать как мэйнстрим российского ислама, причем в его глубинных слоях. Именно это стало причиной краха политических партий, выступавших от имени ислама на парламентских выборах 1995 и 1999 гг.

В какой-то степени разновидностью индифферентного является также достаточно распространенный изоляционистский тип. В истории ислама он имеет достаточно глубокие корни, и был весьма распространен, особенно в периоды политической и общественной нестабильности. В последнее время этот тип чаще связан с разного рода такфировскими движениями и группами, которые стремятся изолироваться как от вмещающего сообщества, так и от других социальных сетей внутри мусульманского социума. (Под такфировскими движениями понимаются не только собственно «джамаат аль-хаджрава-т-такфир», но и все группы, стремящиеся подчеркнуть собственную исключительность перед Аллахом и обвинить всех других в неверии или многобожии; таких движений и групп достаточно много, и они располагаются на самых разных полюсах исламского мира). В какой-то степени к ним примыкают шиитские джамааты, которые зачастую изолируются от суннитских. Также к этой группе относятся отдельные этно-ориентированные социальные сети. Одним из самых интересных процессов в современном мусульманском сообществе России является переход ряда сетей, ранее стоявших на изоляционистских позициях, на конструктивные позиции.

Деструктивные сети. Несмотря на их немногочисленность, именно к ним привлечено максимальное внимание средств массовой информации, экспертных сообществ, причем как отечественных, так и зарубежных. Они пытаются не изолироваться от вмещающего сообщества, а бороться с ним. Видя какие-то социальные болезни во вмещающем социуме, они объявляют войну всему обществу, пытаются вести с ним джихад вооруженным путем. Объектом их агрессии становятся также сторонники других мусульманских групп, обвиняемые в «пособничестве куфру». В претензии на исключительность деструктивные социальные сети в какой-то степени идеологически смыкаются с изоляционистскими группами, являясь их крайним выражением – экстремальной точкой. Правда, они не пользуются массовой поддержкой населения, по крайней мере, в стабильных обществах, и по этой причине немногочисленны. Появились они в нашей стране в 1990-е гг., хотя в принципе в мусульманском мире существовали и в более ранние периоды. Программу их действий можно охарактеризовать следующими словами: «весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем…» - затем программа действий неясна и «теряется в тумане». В силу своей специфики деструктивные сети аккумулируют в своем составе пассионарных личностей, склонных к нонконформизму.

Конструктивные сети стремятся активно взаимодействовать с вмещающим социумом. В т.ч. их деятельность прямо направлена на социализацию мусульманского сообщества в общероссийском социуме. Они стремятся сотрудничать со всеми здоровыми силами во всем российском обществе. В направлении лечения болезней общества они не только не изолируются, но и пытаются их разрешать, причем конструктивным путем, а не хирургическим, по принципу «пальчик заболел – всю руку отрубать». Такие сети ориентированы на длительную планомерную работу для исправления этих болезней, и не ожидают результата «со дня на день». В принципе в значительной степени они появились именно в последнее время. Появление конструктивных сетей связано как со степенью зрелости (взросления), повышения образовательного и профессионального уровня российских мусульман, так и отчасти с общемировым дискурсом. Последний особенно заметен в Турции, Малайзии, Индонезии, некоторых арабских странах на уровне парламентских партий и в мусульманских общинах в странах Запада. Можно было бы сказать, что контакты с ними подтолкнули к развитию такого направления и у нас, но в этом случае следует объяснить значительный временной разрыв между возникновением этих контактов и развитием в нашей стране подобных социальных сетей.

Конструктивные мусульманские социальные сети начали развиваться буквально только в нулевые годы - в 1990-е гг. это явление присутствовало исключительно на уровне идей, и то появилось уже в их конце. К этому типу относятся в полной степени профессионально-ориентированные сети (включая бизнес-ориентированные), а также сети, ориентированные на социальную активность. Отдельные субконфессионально-ориентированные и этно-ориентированные сети начали переходить на подобные позиции, но пока этот переход не носит ярко выраженного характера. Несмотря на наблюдаемую до сих пор немногочисленность состава сетей данного типа, они могут в перспективе занять лидирующее положение в российском исламе. Для этого есть несколько предпосылок: они объединяют в себе достаточно пассионарную часть мусульманского населения, наибольшее количество профессионалов опять же связаны с данными сетями. Они обладают известной привлекательностью, особенно для тех мусульман, кому становятся тесны рамки индифферентных по отношению к вмещающему сообществу сетей. Таким образом, пассионарный заряд мусульманского сообщества канализируется (направляется) в конструктивном направлении, а отнюдь не на разрушение государства. При определенных условиях именно это направление может стать мэйнстримом российского ислама.

Подобное развитие событий обладает известными выгодами как для государства, так и для самих мусульман. Единственные круги, для которых становится неудобным подобный сценарий – это антигосударственные, коррупционные, и всевозможные экстремисты, выступающие под самыми разными флагами - религиозными, национальными и т.д.